Гражданин Г. Х. был клиентом одного из армянских коммерческих банков, который имел перед Банком платежное обязательство в размере 246.038 драмов. 29.01.2012 г. Г. В. скончался:
После смерти мужа сотрудник Банка связался с гражданином и пригласил в Банк, где ему разъяснили обязательство жены погасить кредитный долг ее покойного мужа:
Гражданин, не проконсультировавшись с юристом, доверившись законодательным разъяснениям Банка, как законопослушный гражданин подписывает документы, предоставленные Банком. Затем ему передают график погашения кредита, чтобы он погасил долг своего покойного мужа:
Г. Х., узнав позже, что мог не подписывать указанные документы, не брать на себя обязательство по погашению долга своего покойного мужа и что согласно законодательству правопреемство обязательств происходит только в случае принятия наследства наследниками должника, осознает факт обмана и 22 июня 2012 года обращается в юридическую фирму «Айлекс» за правовой помощью в восстановлении своих нарушенных прав. Адвокат компании подает иск в суд общей юрисдикции на том основании, что фактически лицо было обмануто, ему не разъяснили право не принимать на себя указанное обязательство, Г. Х. даже не был клиентом Банка, не принял наследство и не имел никаких обязательств по погашению долга. Примечательно, что Банком Г. Х. был передан только график погашения, чтобы он исполнил обязательства своего мужа. Однако, к сожалению, суд общей юрисдикции районов Аван и Нор Норк города Ереван отклонил иск гражданина, отметив,
«Поскольку никакой правовой нормой не закреплена обязанность банка разъяснять сторонам сделки возможные или необходимые положения Гражданского кодекса РА и исходя из содержания подписанных Г. Х. документов, и их простого изложения, очевидно, что Г. Х. было понятно истинное значение сделки, согласно которой он взял на себя письменное обязательство перед банком погасить долг своего покойного мужа»:
Фактически этим решением была проигнорирована простая реальность, что подписывая документы, представленные Банком как более авторитетной компанией, гражданин не мог сомневаться в том, что имел право не подписывать эти документы. Более того, адвокат даже не отрицал, что Гаяне Харутюнян поняла последствия сделки, однако гражданину не было разъяснено его право не подписывать такие документы и что нелогично, чтобы гражданин без активных действий Банка добровольно взял на себя обязательство по погашению долга сразу после смерти мужа. А активные действия Банка, по нашей оценке, вряд ли можно считать «добросовестными». Насколько законен этот подход, решает суд, однако с моральной точки зрения не может возникнуть сомнений, что Банк, будучи более финансово обеспеченной авторитетной структурой, мог бы не брать с гражданина такие деньги, особенно если бы тот принял наследство, получив указанную сумму в установленном законом порядке, обратившись к нотариусу для открытия наследства. Если гражданин не осведомлен о своих правах или заранее не обсудит с юристом возможные правовые последствия подписания сделки, он не будет защищен от возможности стать жертвой недобросовестных действий других лиц.