ЕСПЧ в решении против Армении рассмотрел эффективность принудительного исполнения судебных актов, касающихся встреч с ребенком.
1 октября 2026 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в деле Аветян против Армении (Avetyan v. Armenia, жалоба № 11997/25) зафиксировал нарушение статьи 8 Европейской конвенции по правам человека, установив, что власти Армении не предприняли достаточных мер для обеспечения реализации родительских прав отца и воссоединения его с дочерью.
Решение имеет особое значение для дел о принудительном исполнении судебных актов, касающихся встреч с ребенком и родительских прав. Европейский суд подтвердил, что формальные действия, направленные на исполнение судебного акта, недостаточны; компетентные органы обязаны предпринимать реальные, эффективные и своевременные меры, при необходимости применяя соответствующие санкции к лицам, препятствующим исполнению судебного акта.
Фактические обстоятельства дела:
Республика Армения не смогла обеспечить выполнение временного порядка встреч отца с дочерью, установленного Общим судом Еревана, а затем — временных мер по передаче ребенка отцу до окончательного разрешения дела.
Служба, обеспечивающая принудительное исполнение, проводила визиты и составила протоколы о неявке ребенка. В связи с этим служба обратилась в полицию с целью выяснения местонахождения ребенка.
Ребенок был найден в мае 2025 года в квартире бабушки со стороны матери.
Основные недостатки, зафиксированные Европейским судом:
1. Формальный характер поисковых мероприятий (§ 23)
Европейский суд отметил, что хотя полиция официально объявила розыск, Правительство не представило доказательства конкретных действий, предпринятых для нахождения ребенка. В частности, не были представлены доказательства о соответствующих допросах деда ребенка, получении информации от родственников, соседей или других учреждений, а также о возможных попытках выяснить местонахождение бабушки с помощью данных о местоположении телефона. Суд особенно обеспокоился тем, что в такой серьезной ситуации, когда местонахождение ребенка было неизвестно, Правительство не смогло представить доказательства каких-либо конкретных мероприятий, кроме официального объявления о розыске.
Хотя ребенок был найден примерно через два месяца после объявления о розыске, Правительство не доказало, что это произошло в результате конкретных действий государственных органов, а не в результате возвращения матери ребенка в Армению.
Таким образом, факт нахождения ребенка сам по себе не был достаточен для подтверждения эффективности действий государственных органов.
2. Несвоевременное уведомление отца о нахождении ребенка (§ 27)
Европейский суд также счел проблематичным тот факт, что отец не был своевременно уведомлен о нахождении ребенка. Хотя ребенок был найден в мае 2025 года, принудительный исполнитель принял решение о прекращении розыска только в октябре, а на следующий день было подготовлено соответствующее письмо для отца.
Суд подчеркнул, что задержка, длившаяся около четырех с половиной месяцев, могла вызвать у отца чувство неопределенности и беспокойства, а также негативно сказаться на его отношениях с дочерью.
Подтвержден принцип, что в делах, касающихся отношений между родителем и ребенком, течение времени может привести к необратимым последствиям.
3. Невозможность привлечения к ответственности лиц, препятствующих исполнению судебного акта (§ 24)
Суд также обратил внимание на поведение бабушки и дедушки ребенка, которые многократно не обеспечивали присутствие ребенка на встречах, предусмотренных судебным актом, и не сообщали о его местонахождении. Тем не менее, их не привлекли к ответственности.
Ссылаясь на свою прецедентную практику, в частности, на дела Maire против Португалии, Sévère против Австрии и Tzioumaka против Греции, Европейский суд подтвердил, что отсутствие сотрудничества со стороны лиц, проживающих с ребенком, является обязанностью компетентных органов применять соответствующие санкции, и при необходимости они должны применяться даже по собственной инициативе.
В решении также выражены важные правовые позиции по поводу приемлемости жалобы.
Правительство утверждало, что Заявитель не исчерпал внутренних средств правовой защиты, поскольку не обжаловал решения о неинициации уголовного производства. Европейский суд отклонил этот аргумент (§ 17), подчеркнув, что отсутствие таких жалоб не освобождает государственные органы от обязанности обеспечить исполнение судебного акта, включая необходимость применения санкций по собственной инициативе.
Правительство также утверждало, что жалоба преждевременна, поскольку гражданское дело все еще рассматривалось.
Суд также отклонил этот довод (§ 18), отметив, что жалоба о неисполнении уже принятых и подлежащих обязательному исполнению временных мер не может считаться преждевременной только потому, что основное гражданское производство еще не завершено.
Таким образом, Европейский суд заключил, что отсутствие информации о конкретных мерах, направленных на быстрое нахождение ребенка, а также несвоевременное уведомление отца о нахождении ребенка свидетельствуют о том, что государственные органы не предприняли разумно ожидаемых всех мер для возможного воссоединения отца и дочери и сохранения их отношений. В результате было зафиксировано нарушение статьи 8 Конвенции.
3. Значение решения для правоприменительной практики Армении
Решение по делу Аветян против Армении подтверждает важный принцип: обязанность государства обеспечить исполнение судебного акта не ограничивается возбуждением исполнительного производства, проведением визитов, составлением протоколов или объявлением розыска.
Действия государственных органов должны оцениваться с точки зрения их реального содержания, своевременности выполнения и содействия сохранению отношений между родителем и ребенком.
Решение особенно важно в тех делах, где исполнение судебных актов оказывается под угрозой из-за отсутствия сотрудничества со стороны лиц, проживающих с ребенком. В таких ситуациях компетентные органы Республики Армения обязаны применять соответствующие санкции к лицам, препятствующим исполнению судебного акта, при необходимости даже по собственной инициативе.
Решение также напоминает, что в исполнительных производствах, связанных с детьми, фактор времени имеет решающее значение: длительная задержка может поставить под угрозу возможность сохранения отношений между родителем и ребенком.
Источник: Европейский суд по правам человека, Avetyan v. Armenia, жалоба № 11997/25, 1 октября 2026 года, §§ 17–29, 33.