Несколько дней назад Конституционный суд РА рассмотрел вопрос о конституционности норм, закрепленных в законе РА "О государственной регистрации прав на имущество", касающихся требования о регистрации прав, возникающих из сделок, требующих нотариального удостоверения, в установленный срок, и правовых последствиях этого требования:
Как известно, права, возникающие из сделок, направленных на возникновение, изменение, передачу прав на недвижимое имущество (за исключением односторонних сделок), должны быть представлены на государственную регистрацию не позднее чем в течение 30 рабочих дней с момента нотариального удостоверения этих сделок:
Несоблюдение данного требования приводит к недействительности сделки. Такая сделка является ничтожной. Заявления о регистрации прав, представленные с нарушением указанного срока, подлежат отказу со стороны органа, осуществляющего регистрацию. При этом законодательством отсутствует какая-либо правовая возможность восстановления указанного 30-дневного срока даже в тех случаях, когда пропуск срока произошел по уважительным причинам:
При рассмотрении вопроса о конституционности вышеупомянутых норм Конституционный суд РА отметил, что установив обязанность государственной регистрации прав, возникающих из сделок с недвижимостью, и обусловив возникновение прав, подлежащих государственной регистрации, такой регистрацией, установив срок регистрации и предусмотрев правовые негативные последствия за нарушение этого срока, законодатель преследовал законную цель:
По мнению суда, этим законодатель предоставил правовую ясность и определенность праву собственности на имущество. Однако, принимая данное регулирование, преследующее законную цель, законодатель должен был учитывать принцип пропорциональности, гарантированный статьей 78 Конституции, согласно которому средства, избранные для ограничения основных прав и свобод, должны быть целесообразными и необходимыми для достижения цели, установленной Конституцией. Обращаясь к законодательным критериям целесообразности негативного правового последствия, возникающего в случае неподачи заявления о регистрации права собственности на недвижимость в течение 30 рабочих дней, суд пришел к выводу, что цель данного регулирования заключается в устранении правовой неопределенности, существующей вокруг собственности на недвижимость, и, следовательно, предусмотрение негативного последствия — недействительности сделки — является, по сути, целесообразным средством для достижения этой цели. Тем не менее, избранное средство должно быть также необходимым. Таким образом, средство является необходимым, если нет другого, менее жесткого вмешательства, с помощью которого можно было бы достичь необходимой цели с такой же эффективностью:
Обращаясь к данному требованию, Конституционный суд пришел к выводу, что установленное законодательством регулирование не является необходимым, поскольку не предусмотрена правовая возможность восстановления пропущенного срока как более мягкое средство во всех случаях, когда пропуск срока произошел без вины лица:
Таким образом, Конституционный суд РА признал норму, закрепленную в законе РА "О государственной регистрации прав на имущество", в части, касающейся требования о представлении на государственную регистрацию прав, возникающих из сделок, направленных на возникновение, изменение, передачу прав на недвижимость (за исключением односторонних сделок), не позднее чем в течение 30 рабочих дней с момента нотариального удостоверения этих сделок, без учета причин пропуска срока, приводящим к недействительности сделки, противоречащей Конституции РА. Соответственно, противоречащей Конституции также признана та часть обсуждаемого закона, которая препятствует регистрации прав, возникающих из сделки, на основании заявлений, представленных с нарушением 30-дневного срока по уважительной причине:
Суд установил срок утраты силы признанных противоречащими Конституции норм до 1 июня 2019 года, предоставив Национальному собранию возможность привести регулирования закона РА "О государственной регистрации прав на имущество" в соответствие с требованиями решения Конституционного суда.
